Лесной ресурс для будущих поколений

Геннадий Миронов, фото: Геннадий Миронов

193
Заместитель директора Институт леса А.И. Бондарев

Ученые Института леса им. В.Н. Сукачева участвуют в разработке интенсивной модели использования и воспроизводства лесов.

Об очевидной исчерпанности, действующей в российском ЛПК экстенсивной модели лесопользования, много говорилось на прошедшей минувшей осенью в Красноярске Всероссийской научно-практической конференции с международным участием.

– Десятилетия пионерного освое­ния древесных ресурсов привело к изменению структуры лесного фонда, снижению качества лесной продукции, – заявил директор Инс­титута леса профессор Александр Онучин. – Например, в Приангарье, основном лесопромышленном регионе Сибири, ненарушенных лесов осталось гораздо меньше, чем истощенных сплошными рубками и пожарами. В 1,4 раза снизилась доля хвойных насаждений в структуре древостоев. Не дает ожидаемого эффекта и лесовосстановление: из вырубаемых площадей восстанавливается едва ли треть. В Эвенкии, где еще есть промышленные запасы лиственницы, надо строить весьма дорогие автодороги для освоения лесных массивов и ждать лет 200, когда восстановится в этих суровых климатических условиях вырубленный лес. Плюс лесные пожары вносят свою долю в истощение сибирских лесов. Все это негативно сказывается на экономике регионов. Выход один – переход на интенсивные методы лесопользования и лесовосстановления.

Знакомству с принципами интенсивного подхода к освоению и непрерывному, неистощительному использованию древесных ресурсов был посвящен и недавний научно-практический семинар для преподавателей и студентов-старшекурсников Института лесных технологий СибГУ им. академика М.Ф. Решетнева.

– Сложилась ненормальная ситуация: лесное хозяйство убыточно для государства, – напомнил заместитель директора Института леса Александр Бондарев. – Крайне нерационально используется лесосечный фонд, сдерживается развитие глубокой переработки древесины, что в свою очередь приводит к накоплению низкотоварной древесины. Выход из тупика предложен в концепции интенсивного использования и воспроизводства лесов, разработанной Санкт-Петербургским научно-исследовательским институтом лесного хозяйства (ФБУ «СПбНИИЛХ»). Она легла в основу проекта «Внедрение модели интенсивного лесного хозяйства», реализуемого министерством природных ресурсов и экологии РФ совместно с Рослесхозом. Там же был выделен ряд пилотных лесных районов, в том числе Среднеангарский лесной район (Иркутская область) и Нижнеангарский таежный лесной район (Красноярский край).

Цель проекта – увеличение среднегодового объема заготовки с одного гектара лесной территории на цикл ведения хозяйства (то есть за период от возобновления до финальной рубки насаждения) с существующих 1,5–2 куб. м/га в год до 3–4 куб. м/га в год для условий северной тайги и 5–6 куб. м/га в год для средней и южной тайги.

При этом выход пиловочника должен вырасти от 20–30% до 60–65%, фанерного кряжа для тонкого лущения – с 2–3% до 15–20%, в основном за счет оставления лучших деревьев при рубках ухода и увеличения среднего диаметра древостоя.

Студенты на экспериментальной площадке по интенсивному выращиванию леса в Погорельском бору

– Основной принцип проекта – сокращение периода выращивания спелой древесины, – поясняет Александр Бондарев. – Плюс обеспечение успешности восстановления целевыми породами и увеличение промежуточного пользования. Однако их реализация должна иметь весьма существенную законодательную поддержку, в частности разработку и внесение изменений в действующую нормативную базу.

Так, весьма существенно должны поменяться правила заготовки древесины. При этом сохранность подроста при рубках не регламентируется, при условии обеспечения последующего лесовосстановления. Порубочные остатки при проведении рубок ухода остаются на лесосеке с условием их приземления. Допускается и даже рекомендуется оставление мелкотоварной древесины длиной более 3-х метров в местах проведения рубок.

– Изменятся и правила ухода за лесами, – продолжает Александр Иванович. – Вместо сомкнутости крон (относительной полноты) в качестве параметров назначения лесохозяйственного мероприятия рекомендовано использовать показатели густоты насаждения и абсолютной полноты. При этом рубки ухода высокой интенсивности в лиственных молодняках могут использоваться для переформирования древостоя в хвойное хозяйство. Если говорить о правилах лесовосстановления, то все способы в проекте указываются как рекомендуемые. Контроль осуществляется по сроку лесовосстановления, густоте молодняка и средней высоте целевой породы к моменту перевода молодняка в покрытую лесом площадь.

Весьма существенно изменится методика расчета такого ключевого показателя, как расчетная лесосека. Ее величина по объекту пользования будет определяться с учетом экономической доступности лесов на основе спроса на сортименты, затрат на инфраструктуру, транспорт, зат­рат на хозмероприятия в лесу и устанавливается как оптимальная для данной экономической ситуации.

– Возраст рубки может быть снижен в случае, если преобладающая порода древостоя достигла целевого среднего диаметра, – подчеркивает заместитель директора института.

Как известно, в соответствии с Лесным кодексом РФ каждый субъект Российской Федерации имеет свой 10-летний Лесной план. Его структура тоже претерпит изменения.

– Предполагается разделение лесной территории региона на части с экстенсивным и интенсивным ведением лесного хозяйства и лесопользования, – поясняет Александр Бондарев. – В состав Проекта освоения лесов и порядок его разработки, который составляет каждый арендатор, будут вноситься целевые характеристики лесных насаждений, в частности, породная и сортиментная структура, оцениваться существующий спрос на сортименты и его прогноз. Большое внимание будет уделено основным экономическим нормативам: ценам на сортименты, стоимости перевозки сортиментов, затратам на основные лесохозяйственные мероприятия и на развитие инфраструктуры. В проекте обязательно должно быть обоснование выбора цепочек лесохозяйственных мероприятий, расчетной лесосеки с учетом достижения целевой структуры лесов и экономических нормативов, а также учтены требования по сохранению биоразнообразия. Немаловажная, а во многом ключевая, роль отводится лесо­устройству.

Целью лесоустройства должна быть достоверная оценка лесных культур согласно преобладающей по запасу породе. То есть от формального учета насаждений, созданных посредством лесных культур через выделения их всегда в первом ярусе, перейти к описанию фактически сформировавшихся молодняков и средневозрастных насаждений, как это делается в древостоях естественного происхождения.

– При назначении выборочных рубок предполагается перейти на абсолютные полноты с составлением программ рубок фактически для каждого насаждения, – перечисляет Александр Бондарев. – Вместо детальной оценки преимущественно спелых и перестойных древостоев применять методику оценки экономически перспективных древостоев всех возрастов и проводить анализ баланса между изъятием и приростом древесины.

Об эксперименте по интенсивному выращиванию сосновых насаждений рассказывает старший научный сотрудник лаборатории лесоведения и почвоведения Института леса Р.С. Собачкин

За два года после старта проекта сделано немало, но явно недостаточно. Так, СПбНИИЛХом проведен огромный объем полевых исследований в большинстве пилотных районов, заложены тысячи пробных площадей. Разработаны и частично приняты изменения нормативных актов, включая блок по ряду лесных регионов. Разработаны так называемые «дорожные карты» перехода на интенсивную модель использования и воспроизводства лесов в пилотных регионах, включая Иркутскую область. К сожалению, в Красноярском крае эти работы пока не начались.

У ученых Института леса им. В.Н. Сукачева ФИЦ КНЦ СО РАН есть свои предложения по развитию идей и принципов, заложенных в предлагаемую концепцию.

– Стоит более детально рассмотреть критерии оценки интенсивного лесопользования, – поясняет Александр Бондарев. – Например, формирование целевого состава древостоя предлагается оценивать по двум периодам: 5–10 лет – период перевода в покрытые лесом земли (доля в сосмодетаве целевых пород не менее 50%) и 30–50 лет – период формирования состава древостоя (доля в составе целевых пород не менее 70%). Запас к возрасту рубки не должен быть меньше запаса модальных древостоев для данных лесорастительных условий. Доля промежуточного пользования – 50% общего объема пользования за оборот рубки – оценивается на момент проведения финальной рубки: 100 лет – период основной рубки.

Обязательный для любого жизнеспособного проекта предлагаемый экономический механизм интенсивного лесопользования предполагает аккумулирование на счетах компаний залоговых сумм, которые возвращаются по мере достижения заданных значений критериев оценки интенсивного лесопользования по трем уже названным периодам: 5–10 лет – возраст формирования молодняков; 30–50 лет – время формирования целевого состава древостоя; 100 лет – фаза основной рубки.

– Среди условий перехода на интенсивную модель лесопользования, – завершает свой экскурс в будущее лесное хозяйство Александр Бондарев, – должно быть установление экономически обоснованных рентных платежей за пользование лесными ресурсами, выделение земельной ренты за использование лесного участка и выделение ренты за пользование древесиной (по фактической заготовке).

В лесном фонде должны быть выделены леса интенсивного и леса экстенсивного лесопользования. Работы предстоит много, на долгие годы. Но длинная дорога начинается с первого шага. Он уже сделан.

Журнал «ЛПК Сибири» №2 / 2017