Председатель правления Ассоциации «Центр развития лесной сертификации» заслуженный лесовод России, к. с/х. н. Николай Евгеньевич Проказин и директор Ассоциации доцент, к. т. н. Андрей Евгеньевич Рыжков в интервью журналу «ЛПК Сибири» рассказали о состоянии и развитии добровольной лесной сертификации в России и в мире.
Николай Евгеньевич, Андрей Евгеньевич, все мы помним, что события 2022 года стали отправной точкой для пересмотра многих процессов. Какова сейчас ситуация с системой PEFC в России?
Николай Проказин: В феврале 2022 года Совет директоров PEFC принял политическое решение признать древесину из РФ и РБ «конфликтной» и приостановил процесс планового переодобрения системы PEFC Russia. На сегодняшний день позиция PEFC Int по этому вопросу остается неизменной. Между тем, Ассоциация «ЦРЛС», как управляющий орган, не исключена из состава, но имеет лишь номинальный статус участника.
В чем, на ваш взгляд, первопричина сложившейся ситуации?
Николай Проказин: Чтобы ответить на этот вопрос обратимся к истории. Большое упущение со стороны РФ (и это касается не только лесной сертификации) заключается в том, что после развала Советского Союза страна не принимала участие во многих ключевых международных процессах, в том числе и в лесной сертификации.
И ранее, и сегодня процессы лесной сертификации были и остаются глубоко политизированными и не отвечают основополагающим принципам, направленных на истинное устойчивое лесоуправление. Лесная сертификация для многих стала не синонимом созидания, а орудием в недобросовестной конкурентной борьбе или в достижении корыстных корпоративных интересов.
На Forest Forum 2026 в Стамбуле ваша Ассоциация участвовала в переговорах с PEFC Int. О чем шла речь?
Андрей Рыжков: На встрече в Стамбуле Ассоциация «ЦРЛС» приняла участие в переговорах с представителями PEFC Int. и представила презентацию о проблемах в лесной сертификации и путях их решения. В презентации перед PEFC Int был поставлен главный вопрос – PEFC Int будет дальше заниматься политикой или вернется к целям и задачам лесной сертификации на основе ответственного лесоуправления и лесопользования?
В первой части презентации были освещены проблемы PEFC Int., во второй части обозначены пути к достижению доверия, которое было окончательно потеряно в марте 2022 года, когда Совет PEFC Int принял решение признать древесину и продукцию из древесины из РФ и РБ «конфликтными».
Мы поставили главный вопрос: будет ли PEFC Int дальше заниматься политикой или вернется к целям ответственного лесоуправления? Мы обозначили системные проблемы PEFC. Это и отход от целей устойчивого развития ООН и Хельсинского процесса, и русофобия, и отсутствие у кадрового состава лесного образования. По сути, PEFC превратилась в политическую организацию, манипулирующую терминами и отошедшую от стандартов ISO.
Что касается лесной сертификации, то здесь наблюдается отход PEFC Int от основополагающих стандартов ISO по сертификации: ISO/IEC 17011:2017, ISO 19011:2018, ISO/IEC 17021–1:2015, ISO/IEC 17065:2012.
В штатной ведомости PEFC Int и Совета PEFC значатся сотрудники и члены, которые на 80% не имеют ни образования лесного профиля, ни опыта работы в лесной сертификации. Бюджет PEFC Int с каждым годом растет, а результаты по выданным сертификатам топчутся на месте. Членские взносы и отчисления по выданным сертификатам ориентированы на максимальное взимание со стран, обладающими лесными ресурсами, а не с переработчиков, где концентрируется основная добавленная стоимость от передела древесины.
Звучит пессимистично. Есть ли пути выхода из этой ситуации?
Андрей Рыжков: Выход – перестроить работу для повышения доверия. Мы предложили конкретные шаги. Необходимо строго следовать целям устойчивого лесоуправления и лесопользования, а также критериям Хельсинского процесса. PEFC Int должна оставаться неполитической организацией, поэтому из стандартов следует исключить термины, определения и требования с политическим оттенком, чтобы избежать манипулирования. Кроме того, право выдавать, приостанавливать и отзывать сертификаты должно принадлежать только органу по сертификации, который принимает решения на основе сертификационной оценки.
Особое внимание следует уделить кадровому составу PEFC Int: не менее 60% сотрудников должны иметь высшее лесное образование, а еще 40% – опыт работы в лесной сертификации. Также предлагается изменить состав Совета директоров, чтобы он состоял из 11 человек: 4 членов от стран, которые платят наибольший суммарный членский взнос и сборы за выданные сертификаты по лесоуправлению, 4 членов от стран с наибольшими взносами и сборами за сертификаты цепочки поставок, а также 3 членов по свободной номинации.
Кроме того, членский взнос должен быть одинаковым для всех членов, сбор PEFC за сертификаты лесоуправления следует снизить в два раза, а сборы за сертификаты по цепочке поставок – увеличить.
Каков был ответ на эти предложения от PEFC Int?
Андрей Рыжков: Ответ был категоричным – PEFC Int не принимает наши предложения. Руководство PEFC Int подтвердило, что намерено и дальше следовать в фарватере Евросоюза по лесным вопросам. Это вызывает недоумение, ведь под зонтиком PEFC сейчас 58 стран шести континентов, а не только Европа. Переговоры лишь показали противоположность наших взглядов.
Эти проблемы касаются только PEFC или других систем, например, FSC?
Николай Проказин: К сожалению, проблема глобальная. Все системы, которые отошли от основ устойчивого лесоуправления, прикрываясь псевдоприродоохранными требованиями, стали незаконным ограничителем для промышленных компаний. Это нетарифный барьер.
После ухода зарубежных систем эти проблемы коснулись новых российских систем сертификации?
Николай Проказин: Да, коснулись, и ситуация дошла до абсурда. Одна из зарегистрированных систем лесной сертификации полностью копирует FSC и продолжает продвигать токсичные, противоречащие российскому законодательству требования, которые наносят экономический вред. А вторая, продвигаемая государственной организацией, пыталась отменить действие государственных стандартов ГОСТ Р, чтобы продавить собственные требования, противоречащие российскому законодательству. Эту историю, видимо, придется решать с привлечением компетентных органов.
Какой же вы видите перспективу для лесной сертификации в России?
Николай Проказин: Сейчас настал час «икс», время переосмысления. Остаются незатронутые временем процессы, которые были и будут востребованы во все времена. Лесная сертификация стала и до сих пор является инструментом для оценки устойчивого лесоуправления. Отказаться от лесной сертификации всегда можно, но дальновиднее использовать площадку лесной сертификации для продвижения истинных принципов устойчивого лесоуправления, и повышения тем самым доверия со стороны потребителей.
Иными словами, надо двигаться в русле международных процессов по лесам, в которых участвует Россия и обозначать соответствие принципам устойчивого лесоуправления и стандартам ISO, к которым еще есть доверие.
Что конкретно делает Ассоциация для этого?
Николай Проказин: Ассоциация разработала систему лесной сертификации Forest Standard. В новой схеме по максимуму устранены все критические и «токсичные» моменты, с которыми столкнулись участники известных схем PEFC и FSC. В Положении о системе закреплены принципы, исключающие политические инсинуации, манипулирование требованиями стандартов и нарушение канонических сертификационных процедур.
Основой системы Forest Standard являются требования российского законодательства, а также международных конвенций, положения которых имплементированы в российское право, и правила, процедуры и стандарты ISO.
Схема Forest Standard опирается на государственные стандарты ГОСТ Р, в том числе на ГОСТ Р 58003-2017 «Лесоуправление и лесопользование. Сертификационные требования», который в настоящее время будет актуализирован в рамках Программы ПНС2026, а также на ГОСТ Р 70763-2023 (ИСО 38200:2018) «Древесина, материалы и изделия на основе древесины. Цепь поставок». Следует отметить, что данный стандарт является международным и принят в Российской Федерации в качестве государственного.
В России органами по аккредитации признаются органы по аккредитации стран ЕАЭС. Основным требованием к органам по сертификации является наличие аккредитации по стандартам ISO 17021 и ISO 17065, а также соответствие стандартам и требованиям системы Forest Standard.
В России есть орган по аккредитации, Росаккредитация. С чем связано привлечение органов по аккредитации других стран ЕАЭС?
Николай Проказин: Это связано с доверием к процессу аккредитации. Росаккредитацию привлекают экспертные организации для аккредитации по специфическому направлению лесоуправления и цепочки поставок, которые не располагают специалистами с лесным образованием, опытом работы в лесной отрасли и лесной сертификации. К тому же процесс аккредитации проводится удаленно.
Как Ассоциация «ЦРЛС» решила задачу аккредитации?
Николай Проказин: В системе Forest Standard по вопросам аккредитации органы по сертификации должны быть аккредитованы национальным органом по аккредитации в соответствии со статьей 31 Федерального закона № 184-ФЗ, а при необходимости – также в соответствии со статьей 54 Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС).
Кроме того, они должны в установленном порядке подтвердить соответствие требованиям ГОСТ Р ИСО/МЭК 17021-1-2017, ГОСТ Р ИСО/МЭК 17065-2012, а также требованиям системы лесной сертификации и другим документам Forest Standard, которые распространяются на их деятельность.
Национальные органы по аккредитации, включая привлекаемые для этой работы экспертные организации по аккредитации, должны иметь опыт аккредитации органов по сертификации систем менеджмента лесоуправления и лесопользования, а также цепочки поставок древесины и продукции из древесины, не менее 5 лет.
Кроме того, такие органы и организации должны располагать экспертами по аккредитации и техническими экспертами, соответствующими установленным квалификационным требованиям. В частности, от них требуется высшее лесное образование, опыт работы в лесной отрасли не менее 10 лет, в том числе не менее 5 лет в области аккредитации или сертификации систем менеджмента лесоуправления и лесопользования, а также цепочки поставок древесины и продукции из древесины. Также необходимо пройти обучение по программе системы Forest Standard для аудиторов и экспертов в области аккредитации за последние 5 лет и дополнительные стажировки в рамках Forest Standard.
Поскольку в реестре Росаккредитации отсутствуют экспертные организации, эксперты по аккредитации и технические эксперты, которые соответствовали бы указанным требованиям, АЦРЛС обратилась, в частности, в Белорусский государственный центр аккредитации (БГЦА) на основании статьи 54 Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) для аккредитации органов по сертификации в Системе добровольной лесной сертификации «Управление лесопользованием и цепью поставок древесины: Лесной стандарт» (FOREST STANDARD) № РОСС RU.М3029.03УСЛ0).
Поскольку в реестре Росаккредитации отсутствуют экспертные организации, эксперты по аккредитации и технические эксперты, которые соответствовали бы указанным требованиям, АЦРЛС обратилась, в частности, в Белорусский государственный центр аккредитации (БГЦА) на основании статьи 54 Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) для аккредитации органов по сертификации в Системе добровольной лесной сертификации «Управление лесопользованием и цепью поставок древесины: Лесной стандарт» (FOREST STANDARD) № РОСС RU.М3029.03УСЛ0).
Почему АЦРЛС обратилась к коллегам из Беларуси?
Андрей Рыжков: У АЦРЛС есть положительный опыт работы с БГЦА в рамках PEFC. В аккредитационных аудитах задействованы опытные квалифицированные аудиторы и эксперты. Привлеченные эксперты, помимо лесного образования, имеют большой опыт работы в лесной сертификации. При необходимости, для аккредитации БГЦА привлекает российских экспертов, отвечающих требованиям системы сертификации.
Вызовет ли затруднения процесс аккредитации?
Андрей Рыжков: Особых затруднений в процессе аккредитации не должно возникнуть, поскольку накоплен большой опыт работы с БГЦА в рамках PEFC-сертификации, который вселяет уверенность и доверие, что органы по сертификации получат не индульгенцию для работы в системе, а свидетельство работы в соответствии с требованиями системы Forest Standard.
Система добровольной лесной сертификации Forest Standard разработана в соответствии с российским законодательством. Можно ли ее считать национальной?
Николай Проказин: Название – не главное. Важно, чтобы система соответствовала законодательству РФ и использовала ГОСТ Р. Этим принципам Forest Standard полностью соответствует, в отличие от некоторых систем, которые называют себя «национальными», но включают антироссийские требования, наносящие ущерб экономике и социальным ценностям России. Это касается так называемых МЛТ и ущемленных социальных групп.
В данном контексте интересен подход АЦРЛС в отношении малонарушенных лесных территорий (МЛТ).
Николай Проказин: По этому поводу Ассоциация неоднократно высказывалась на различных площадках. Подход не изменился и не будет изменен. На сегодняшний день правом собственности и владения лесами является государство. Арендатору передается право на ведение хозяйственной деятельности (право пользования) в рамках соответствующих арендных договоров, в которых прописаны возможные хозяйственные мероприятия с соответствующим ограничениями в рамках Законов РФ.
Арендатор в рамках арендных договоров получает лесные участки для заготовки древесины с уже имеющимися природоохранными ограничениями в рамках тех же ОЗУ. Вопросы выделения и установления режимов лесопользования – это вопросы к соответствующим государственным структурам в рамках Законов РФ: Лесного кодекса и Закона об ООПТ. Легитимным можно признавать только решения о запрете проведения рубок на данной арендной территории со стороны соответствующих государственных органов. Требования от арендаторов запретить проведение хозяйственной деятельности, которую они обязаны проводить в рамках арендных договоров с государством, противозаконны и не могут быть целями и задачами лесной сертификации.
В стандарте ГОСТ Р лесопользования системы Forest Standard вопросам сохранения и поддержания лесных экосистем в рамках соответствующих российских природоохранных законов уделено достаточно критериев и индикаторов.
Стандарты ГОСТ Р нацелены на устойчивое лесопользование, которое не совместимо с незаконным подходом охраны «высокой природоохранной ценности» в отношении так называемых «малонарушенных лесных территорий» (МЛТ) и «крупных естественных лесных ландшафтов» (КЕЛЛ).
Как видится продвижение Forest Standard на международные рынки?
Николай Проказин: У держателей сертификатов Forest Standard есть возможность использования знака системы и заявления, что их продукция происходит из устойчиво управляемых источников и сертифицирована по стандарту ISO с заявлением «ISO 380200:2018 certified» или «ISO 380200:2018 certification», что может быть основой для узнаваемости, повышения потребительской стоимости лесопродукции, включении ее в международные цепочки поставок.
Как известно, у нас уже есть международный опыт с использованием стандартов на базе ISO 38200. Этот опыт расширен с белорусскими партнерами, которые также на государственном уровне применяют вышеуказанный стандарт. Очень важно, что именно государственные стандарты являются основой объединения систем лесной сертификации стран, базирующиеся на канонических основах устойчивого лесоуправления.
текст: Сергей Петров, фото: Ассоциация «ЦРЛС», Алексей Полянский
г. Пушкино, ул. Институтская, 15А, оф. 308Б
+7 916 633-6651, ryschkow@mail.ru
www.sfm38200.ru
